www.moshkow.net
на главную
ENGLISH
ABOUT ME

текущие проекты:
портал jazz.ru
журнал «джаз.ру»
книжные публикации и проекты:
- книга "блюз. введение в историю" - 2-е издание (2014)!
- new цифровой релиз повести о молодых музыкантах 80-х «кривые дорожки»!
- new цифровой пре-релиз фантастического романа "миссия «опасные материалы"»!
- new цифровой пре-релиз фантастического романа "операция «специальная доставка"»!
- книга "индустрия джаза в америке. 21 век"!
- новый двухтомник "российский джаз"!
- двухтомное переиздание книги "великие люди джаза"!
- вся фантастика кирилла мошкова (sci fi)
- все книжные проекты non-fiction
"слушать здесь": jazz podcast
russian jazz podcast in english
cyril moshkow @ youtube: видеоканал кирилла мошкова (оригинальные съёмки российского джаза)
архивы - материалы о музыке:
статьи, обзоры, интервью, репортажи 1996-2015
new неформатные музыковедческие изыскания малой формы 2005-2015
рецензии (джаз, блюз, world beat) 1997-2015
new лекции о музыке (с 2013)
архивы - фото:
фотоархив кирилла мошкова
архивы -  радио:
радиоархивы кирилла мошкова: станции, программы, записи, подкасты
архив радиопрограммы "джем-клуб" (1996-97)
архив радиопрограммы "академический час джаза" (1994-97)
архив радиопрограммы "сплавы" (1996-97)
архив радиопрограммы "вечерняя сказка" (1994-96)
другие ресурсы:
персональное:
биография
резюме, если что (англ. и рус.)
cyril moshkow @ linkedin
cyril moshkow @ allaboutjazz.com
личный фотоальбом
ссылки (веб-окружение) и обратная связь
группа "секретный ужин" (1987-1997)
 интерактив
дневник кирилла мошкова в "живом журнале"
cyril moshkow's english blog

Cyril Moshkow

Create Your Badge

Rambler's Top100

Cyril Moshkow,
1997-2016
© design, content, photos
hosted by AGAVA

 

РЕЦЕНЗИИ J-L

Paul Jackson, Jr. - "Still Small Voice"
Bue Note, 2003
61:12
***

В течение 1970-80-х гг. Пол Джексон-мл. был одним из самых занятых и успешных сессионных гитаристов в Лос-Анджелесе, записывался с титанами тогдашней поп-музыки и коммерческого ритм-н-блюза - от Temptations и Лютера Вэндросса до The Pointer Sisters. На его участие в студийных проектах стояла очередь продюсеров и артистов. Конечно, кончилось тем, что Пол не выдержал и записал сольный альбом (1986), причем для авторитетного лейбла Atlantic. Но ни первая, ни последующие сольные работы Джексона не имели успеха. Кончилось тем, что на рубеже веков он вообще прекратил работать. И вот - его первая запись за несколько лет, причем вышедшая на старейшем джазовом лейбле Blue Note.
По звучанию - типичный smooth jazz, причем довольно теплого, почти что аналогового характера. Банальность мелодического материала и ожидаемость аранжировок вполне компенсируется крепчайшим профессионализмом всех участников записи - среди которых есть такие имена, как, к примеру, клавишник Билли Престон (тот самый, что играет в песнях "Get Back" и "Don't Let Me Down" группы The Beatles), или трубач Пэтчез Стюарт из группы Мадонны. Но, положа руку на сердце, отсутствие профессионализма - это последнее, в чем можно упрекнуть жанр smooth jazz'а вообще. Что до музыки, то открытий даже в своем жанре этот альбом не делает. Но, положа руку на сердце, много ли музыкальных открытий делает весь жанр smooth jazz'а вообще, тем более что и существует он специально для тех - вполне многочисленных - слушателей, которые терпеть не могут никакого музыкального поиска вообще, но ожидают от музыки комфорта и добротности?

Bob James - "Dancing On The Water"

Warner Bros, 2001
66:45
***
Альбом сольных и дуэтных записей мастера contemporary jazz - то есть современной импровизационной инструментальной поп-музыки, пианиста Боба Джеймса, парадоксальным образом создает почти исчерпывающий портрет всего этого направления в целом. Все противоречия contemporary, как жанра - схематизм и стремление к изяществу, одновременная тяга к упрощению и к красоте, поверхностность гармонических решений и высокое техническое качество игры - отразились в этой работе, как в зеркале, играет ли Джеймс с другим мастером своего поколения - Джо Сэмплом - в два рояля, или с более молодой Кейко Мацуи в четыре руки, или же соло. Пожалуй, особняком стоят только два трека с Дэйвом Холландом: британский басист представляет ECM, другую школу, другой музыкальный мир, и Джеймс делает попытки найти с ним взаимодействие на более высоком уровне, чем простенькие красоты contemporary. Однако внезапная уступчивость Холланда не позволяет этим попыткам зайти слишком далеко. Пожалуй, самый интересный трек - дуэт с Чаком Лоубом, в данном случае играющим на акустической гитарой. Не забираясь ни в какие выси, два музыканта здесь создают просто очень красивую музыку. Да и по звуку в этом треке лучше всего: фортепиано звучит очень естественно (Sear Sound, Нью-Йорк), чего не скажешь об остром и жестком его звуке в других треках, записанных на других студиях.

Bob James - "Morning, Noon, & Night"
Warner Bros., 2002
***
Ветеран инструментальной поп-музыки (так называемого smooth jazz), клавишник Боб Джеймс и играть эту музыку начал раньше многих (задолго до того, как появилось ныне общепринятое название этого стиля и "формула" его формата, выведенная не без участия Джеймса), и коммерчески был и остается несколько успешнее большинства других, и активности до сих пор не снижает. Не успел выйти очередной альбом возглавляемой им "сборной" смут-джаза, группы Fourplay, который мы недавно рецензировали, как уже появляется на прилавках его новая сольная работа, причем выполненная с привлечением очень мощных сил - начиная от звезд уровня еще одного динозавра "смута", гитариста Чака Лоуба, и суперуспешного в коммерческом плане саксофониста Дейва Коза, и заканчивая высококачественными сайдменами - перкуссионистом Винни Колайютой или, скажем, басистом Уиллом Ли (всего список участников включает 23 инструменталиста, не считая самого лидера).
Как и весь жанр, Боб Джеймс стопроцентно предсказуем - в отзывах специалистов по smooth, допустим, банальный и пресный первый трек проходит как яркий авангард, поскольку в нем применено ранее неслыханное в инструментальной попсе выразительное средство - диджейский скрэчинг. Мелодии, гармонические обороты, приемы игры, продюсерские решения и даже выбор конкретных эффектов обработки звука хорошо знакомы как по предшествовавшим работам самого Джеймса, так и по массам работ других представителей этого жанра, поскольку Джеймс принадлежит к числу его творческих лидеров, и любая порожденная им идея тут же подхватывается десятками менее маститых исполнителей и быстро превращается из новшества в шаблон и далее - в штамп, на которых, собственно, нацеленный на массовое фоновое, бесконфликтное потребление smooth jazz - метко именуемый, по одному из своих прикладных применений, "музыкой для лифтов" - и строится. Во всяком случае, своего обычного уровня Джеймс не снижает ни в коем случае, хотя слушать этот альбом в иной ситуации, кроме фоново-прикладной, даже как-то странно.

Etta James - "Blue Gardenia"
Private music/BMG Entertainment, 2001
67:16
****
Певица Этта Джеймс начала свою карьеру еще подростком в начале 50-х, а к началу 60-х, перебравшись в Чикаго из Калифорнии, уже обладала значительной популярностью, которая неимоверно выросла в следующие полтора десятилетия, пока она работала с филиалом легендарной блюзовой фирмы Chess Records. Неимоверно энергичная вокалистка, Этта Джеймс всегда обладала захватывающей дух блюзовой мощью и темпераментом, даже когда записывала более соул- или даже поп-ориентированные композиции. Тем не менее позиционировалась она, несмотря на стилистические колебания, именно как певица блюзовая, или в крайнем случае - ритм-н-блюзовая (в прежнем, до-Urban'овом понимании этого термина).
И вот новый стилистический дрейф - к джазу: новейшая работа 63-летней Таинственной Леди логично продолжает направление, возникшее в ее работе с середины 90-х. Начать с того, что на новом альбоме она поет джазовые стандарты - от эллингтоновской "In My Solityde" до "Cry Me A River" Артура Хэмилтона, от "There Is No Greater Love" до аж "These Foolish Things". Нельзя не признать, что ее версии небезынтересны - хотя бы из чистого любопытства: как блюзовая "дива" может исполнить джазовую классику. Выясняется, что - именно так, как может исполнить блюзовая дива с огромным опытом и мощным темпераментом: сильно, уверенно, очень по-блюзовому - довольно монотонно и безо всяких там вокальных штучек и украшений. Она поет эти поп-шаблоны полувековой давности именно как блюзы, настойчиво-проникновенно, зачастую игнорируя прихотливые джазовые гармонические изгибы, которым следует записавшийся здесь чисто джазовый ансамбль (все аранжировки - знаменитого пианиста Седара Уолтона, он же играет и фортепианную партию). Кстати, это противоречие - блюзовой манеры вокального изложения и джазовой манеры изложения инструментального - особенно ярко проявляется именно в сочетании голоса Этты и фортепиано Уолтона, изощренно кудрявые мелодические арабески которого то и дело вступают в забавное противоречие с уверенной, корневой простотой вокала.
Интересно, что запись делалась по самой современной технологии: все стопроцентно цифровое, 96 кГц, 24 бита, эффект-процессор - супердорогой System 6000 от T.C. Electronics, пульт и мультитрек-рекордер от Euphonix - и при этом звучит тепло, живо, выпукло и бархатно, убедительно демонстрируя наконец-то пришедшее слияние аналоговой и цифровой эстетик (запись и сведение - Джей Ньюлэнд, студия Conway, Лос-Анджелес).

Etta James & the Roots Band - "Burnin' Down The House"
RCA Victor/BMG, 2002
72:47
****
Ветеранов "того", подлинного электрического блюзового движения 1950-х осталось в строю не так уж много. Тем более таких, кто за долгую карьеру перепробовал много разных школ - как Этта Джеймс. 14-летней в Сан-Франциско она дебютировала в составе ритм-н-блюзового трио. Случилось это в 1952-м. С тех пор она успела поработать на ведущий калифорнийский ритм-н-блюзовый лейбл Modern в Лос-Анджелесе, перебраться на чикагский Chess в 1960-м и, оставаясь в "конюшне" легендарной блюзовой фирмы до 1975 г., попробовать не только чикагский электрический блюз, но и мощный, чувственный южный соул - она специально ездила в Мемфис записываться с местными соул-блюзменами, школа которых сильно отличалась от чикагской. Когда в 1988-м Этта Джеймс (свою настоящую фамилию Хоукинс она отбросила в молодости, сделав фамилией свое второе имя) вернулась в грамзапись после семилетнего перерыва, она вернулась уже в статусе легенды.
Новый альбом документирует ее концерт в лос-анджелесском (точнее, голливудском) The House of Blues 9 декабря прошлого года. Да, возраст чувствуется в ее голосе (все-таки 63), но ни грана своего очарования она не утратила - ее вокал по-прежнему мощный, чувственный, исполненный эмоциональных двусмысленностей и сокрушительной страсти, хотя (опять же по-прежнему) во многих своих проявлениях прямолинеен и плосковат. Она по-прежнему лихо комбинирует блюзовую классику и классику смежных жанров в интересные попурри - чего стоит хотя бы бриллиант Вилли Диксона "I Just Want To Make Love With You", плавно переходящий в "Born To Be Wild" - главный хит белой блюз-роковой группы начала 70-х Steppenwolf! Два соул-хита Ала Грина, перетекающие в джазовый стандарт "My Funny Valentine", на этом фоне выглядят даже бледновато.
Особенно добрых слов заслуживает сопровождающая группа - Roots Band, по-роковому крепкая и точная и при том и коллективно, и индивидуально ни на йоту не отходящая от высших эталонов современного городского электрического блюза. Музыканты (среди которых можно выделить гитариста Джоша Склэра и органиста Майка Финнигана) демонстрируют не только абсолютную дисциплину, характерную скорее для рок-группы, но и искушенность в высших уровнях тонкостей как блюза, так и южной школы соул. Иногда монолитно-крепкая игра ансамбля даже входит в некоторое противоречие с пением Этты, которой смолоду было свойственно пренебрежение к деталям и тонкостям.
Кстати, это удачный пример живой записи, в которую мягко и неназойливо вплетены студийные дописки, обнаружить которые можно, только зная об их присутствии (в буклете о них честно сказано). Базовая запись была сделана передвижкой Studio on Wheels (инженеры Джей Ньюланд и Кэти Йор) и может служить неплохим образцом современного искусства фиксации концерта.

Etta James - "Let's Roll"
Private Music, 2003
58:35
***
Лучшие времена вокалистки Этты Джеймс - на седьмом-то десятке - несомненно, позади. Однако повидала она на своем веку немало - пела и блюз как таковой, и танцевальный ритм-н-блюз, и соул, и околоджазовую эстраду, и снова старый добрый блюз в самом что ни на есть электрическом варианте, и что самое главное - ничего из этого она не забыла. Так что, когда теперь она сама спродюсировала себе очередной альбом со своим Roots Band, крайне положительно зарекомендовавшим себя на некоторых ее записях последних лет, в стилистике не просто электрического блюза, а ОЧЕНЬ электрического блюз-рока во всех его разновидностях (old-time R'n'R, Texan boogie, Chicago R'n'B и т.д.), она остается по крайней мере убедительной - да что там, вполне убедительной. В конце концов, в гитарном блюз-роке последних тридцати лет немного найдется таких вокалисток - умудренных колоссальным опытом, знающих блюз во всех его разновидностях, что называется, right down the pocket, и при этом столь эмоциональных, временами просто страстных, с таким грубоватым, сырым, "продымленным" голосом, да еще осененных такой славой, как Этта, в настоящее время остающаяся едва ли не последней активной вокалисткой своего поколения. Что с того, что она, как и в молодости, пренебрегает чрезмерно мелкими, по ее мнению, деталями и то и дело спрямляет мелодические закавыки? Она все равно остается собой: особой гибкостью вокала она и в молодости не отличалась, а след пронесшихся десятилетий, в отличие от столь многих ее коллег, только прибавил ее голосу оттенок Настоящего Опыта.

Al Jarreau - "Accentuate The Positive"
Verve, 2004
50:01
****
После почти трех десятилетий - и успешной работы, отмеченной не одним "Грэмми" - с Reprise, один из самых успешных певцов-полистилистов современной музыки выпускает полностью джазовый альбом на Verve. Ни опытов с поп-музыкой, ни сахаринового ритм-н-блюза, на ниве которых Ал Джарро успешно трудился в прошлые десятилетия, на альбоме нет. 63-летний мастер предстает здесь в ипостаси джазового вокалиста, наследника манеры великого Джона Хендрикса; при этом использование всяких экстравокальных приемов (голосовых щелчков, рычания, детонации и т.п.), отличавших работы Джарро в импровизационной музыке в прошлые годы (и, замечу, изрядно сближавшее его с другим великим афроамериканским полистилистом, Бобби Макферрином) сведено к минимуму. Только в "Groovin' High" Диззи Гиллеспи, к которой певец сам написал текст, он позволяет себе деликатно, но тем не менее впечатляюще развернуться почти что во всю силу. Впрочем, "просто петь" Джарро вообще скучно: он и без использования экстрамузыкальных приемов в скэте искусно работает с тембровой окраской своего голоса, неуловимо и изощренно меняет вокальные краски и акценты - в общей эмоциональной окраске альбома, как и обещает название (очищенное до "словарной формы" заглавие идущего 6-м треком стандарта Харолда Арлена и Джонни Мерсера "Ac-cent-tchu-ate the Positive"), превалируют акценты на позитивном настроении, которого певцу, судя по его кратким заметкам в буклете, так не хватает в стремительно меняющемся мире современной музыки.
Джарро сопровождает отличная сборная первоклассных инструменталистов, среди которых - замечательный контрабасист Крисчен Макбрайд, ветеран джаз-рока барабанщик Питер Эрскин, искушенный гитарист Энтони Уилсон... Над игрой ансамбля, впрочем, заметно доминирует воля аранжировщика, клавишника Ларри Уильямса, который сам и играет в 9 из 11 треков: Уильямсу вполне удалась достаточно сложная задача - увязать "сладкую" манеру певца с более или менее креативным звучанием инструменталистов, создав одновременно плотную и достаточно прозрачную музыкальную ткань. Альбом спродюсирован главой Verve Томми ЛиПумой; записывал и сводил его в знаменитой голливудской студии Capitol легендарный звукорежиссер Ал Шмитт, и с точки зрения адекватного представления материала в звуке эта их работа может считаться очень близкой к эталону.

The Jazz Messengers - "The Legacy of Art Blakey - Live at Iridium" 
Telarc, 1998
65 минут
Мемориальный состав из людей, в разное время игравших в титанической "творческой мастерской" покойного барабанщика Арта Блэйки. Здесь и тенорист Бенни Голсон, писавший для Jazz Messengers самые хитовые темы (две из них, "Whisper Not" и "Blues March", есть и здесь), и тромбонист Кертис Фуллер, и трубач Теренс Бланшард... Получается не то чтобы совсем музейно - идеи и энергия Блэйки до сих пор актуальны для очень значительной части мирового джаза - но в то же время как-то "архивно": остро чувствуется, что все-таки это музыка тридцати-сорокалетней давности. Но приятно. Запись была сделана в очень популярном клубе Iridium инженером Джеком Реннером; поскольку лейбл аудиофильский, и запись делалась технически эксклюзивно. Микрофонные сигналы (B&K, Audio Technica, Sennheiser, Neumann) подавались на предусилители Millenia Media и Benchmark и далее на консоль Millenia Media. Запись делалась через цифровой процессор Benchmark AD-2004 с использованием 20-битной дискретизации; передискретизация на 16 бит осуществлялась энкодером Apogee UV-1000, цифровой монтаж - на Sonic Solutions. В результате получилась одна из лучших слышанных мной теларковских концертных записей: с одной стороны, музыкальность ее вовсе не подавлена аудиофильными качествами, а с другой - все вышеописанные ухищрения позволили просто создать реальный объем реального клуба, не более. Но и не менее.

Jobim, Vinicius & Toquinho con Miucha - "Live @ RTSI"
RTSI Televisione Svizzera, 2002
42:32
*****
Уникальный концерт, состоявшийся в студии RTSI (итальяноязычного канала швейцарского телевидения) 18 октября 1978 года: вместе поют три крупнейшие звезды современной бразильской музыки, в первую очередь - ее самого интеллектуального, городского, южного (т.е. развивавшегося в Рио и Сан-Паулу, противоположного язычески-плясовому северному, развивавшемуся в Байе) направления, известного как новая волна (bossa nova). Композитор и пианист Том (Антонио Карлуш) Жобим, композитор и гитарист Токинью (Антонио Пекки Фильо) и один из величайших поэтов-песенников босса-новы, Винисьюш де Мораес. Винисьюш (в тот момент - действующий сотрудник дипломатической службы Бразилии) подпевал, сидя за покрытым скатертью столиком, двое остальных играли и пели каждый свои суперхиты (Жобим - "Samba de Uma Nota Sa", "Desafinado", Токинью - "Tarde em Itapoa", "Sei La" и т.п.), временами к ним подключалась еще и певица - Миука, и все это - под скромный, вполне в традициях босса-новы, аккомпанемент: саксофон (флейта), фортепиано, гитара, барабаны, бас и перкуссия. Запись ужасного качества, типичная телевизионная, с торчащими голосами, гуляющей (несмотря на усилия мастеринга) фазой и отвратительной акустикой телестудии, полной отражающих поверхностей - но все это отступает перед невероятной витальной энергией босса-новы, которая в этой записи нисколько не замаскирована ухищрениями продюсеров. С легкой руки Крида Тейлора, записывавшего в начале 60-х первые на мировом рынке пластинки переступившей границы Бразилии босса-новы, это "продвинутое" ответвление самбы повелось записывать как легкую, воздушную, с еле очерченным ритмом и загадочно полускрытой чувственностью музыку. Тогда как любая самба, и новая ее волна в том числе - музыка неприкрыто эротичная, напористая, драйвовая, хотя именно в босса-нове упор делается и не на ритме самом по себе, а на его переплетении с мелодикой и текстом песен (в чем бразильская музыка отчасти напоминает русскую). И эта чувственность и жизненность босса-новы отлично продемонстрирована безыскусной, но пышущей подлинной страстью записью трех титанов, взаимно заводящих и подзуживающих друг друга. Кроме того, просто очень интересно слышать знакомые песни не в исполнении тех, кто их прославил, а в авторских вариантах.

Peter Johannesson featuring Herbie Hancock - "Sixtus"
EmArcy, 2001
67:11
****
Типичнейший продукт европейского джаза - со всеми его сильными и слабыми сторонами, включая привлечение как минимум одного американского (и, желательно, афроамериканского!) музыканта с целью повысить привлекательность конечного продукта как для американского покупателя (как правило, не знающего европейских джазменов), так и для покупателя европейского (зачастую снобистски предпочитающего любого, даже самого заштатного американца любому, даже самому даровитому европейцу). Впрочем, здесь все по высшему разряду. И американец не какой-какой, а сам великий Хэрби Хэнкок - один из самых почитаемых, влиятельных и значительных пианистов второй половины прошлого века. И европейские (главным образом шведские) участники - один другого лучше, от самого лидера, барабанщика Петера Йоханнессона, до молодых и не очень молодых "тигров" скандинавской сцены вроде трубача Магнуса Броо или тромбониста Нильса Ландгрена. Музыка хитроумная, изысканная, чуть суховатая, чуть холодноватая, но невероятно плотная и по игре, и по тембрам, и по аранжировкам. Картину удачно дополняет классически выстроенное звуковое решение (Леннарт Карлсмир, стокгольмская студия KMH - кстати, запись была сделана шесть лет назад). Однако все настолько же предсказуемо, насколько качественно. Впрочем, это и неплохо.

Molly Johnson - "Another Day"
Narada, 2002
51:54
***

Опытная джазовая и ритм-н-блюзовая вокалистка Молли Джонсон обладает не так чтобы уж очень обширной дискографией - это всего лишь второй ее сольный альбом; зато в качестве бэк-вокалистки она появлялась на полутора десятках записей эстрадных, блюзовых и блюз-роковых проектов (например, Jeff Healey Band). Мало того, она в турах выступала в качестве разогревателя перед такими титанами популярных версий соул, джаза и блюза, как, например, Би Би Кинг и Рэй Чарлз. При этом основной ее опыт лежит все-таки в джазовой области - во всяком случае, сама себя она называет именно джазовой певицей.
Все это отчетливо слышно в ее дебютном альбоме на именитом лейбле Narada: огромный опыт, умение качественно воспроизводить шаблоны самых разных стилей - от блюз-рока до кабаре, от традиционного джаза до соул - и связанная с этим умением определенная творческая безликость. Единственное, что ее выгодно отличает от других вокалисток схожего жизненного пути - голос. У нее очень характерный "соленый" вокал с умело дозированными нотами эмоциональной подачи в диапазоне от легкой кабареточной игривости до сурового, но вполне стилизованного и "безопасного" блюзового надрыва, при этом она замечательно владеет и низким, и относительно высоким диапазонами, так что голос ее и хорошо запоминается, и заметно выделяется среди подобных себе.
Альбом продюсировал Крэйг Стрит, продюсер опытный и разностилевой: он приложил руку к первой (до вступления в игру ветерана Арифа Мардина) версии записи будущего мультиплатинового альбома Норы Джонс "Come Away With Me", записывал как джазовый индепендент (Dirty Dozen Brass Band, Дуги Боун), так и креативный мэйнстрим (Кассандра Уилсон) и поп-музыку (k.d.lang, Ми'Шелл и т.п.). Стриту удалось выгодно показать голос певицы во всей его красе, в то же время удачно встроив его в весьма стилизованные, точно укладывающиеся в поп-джазовые шаблоны аранжировки (особенно хороша пара моментов с очень стильным хонки-тонк-пиано), высокопрофессионально отыгранные студийным ансамблем, составленным из практически безымянных музыкантов - самым именитым из них можно считать саксофониста-кларнетиста Коллина Аллена, записывавшегося в основном в поп-рок-контексте (Ани ДиФранко, Дэйвид Середа...).

Robert Johnson - "Contracted To The Devil. An Introduction To The Works Of The Legendary Bluesman"
Columbia, 2002
63:37
****
Опять же: как можно оценивать абсолютную классику? Интересоваться блюзом (не говоря уж о том, чтобы любить его всерьез или, тем более, играть) и не знать творчества Роберта Джонсона, таинственного гитариста с Юга, с именем которого связано множество легенд - невозможно. Другое дело, что все и знают в основном только легенды - о том, что юный Джонсон толком не умел играть, хотя очень хотел, потом пропал но полгода, а когда вернулся - гитара и голос его звучали с таким совершенством, что все буквально сходили с ума, услышав его. И все потому, что он заключил сделку с дьяволом (ночью, на перекрестке, конечно же). Легенды были придуманы самим Джонсоном и декларировались им в соответствующих записях - они присутствуют здесь: "Me And The Devil Blues", "Crossroad Blues". В канон они были возведены кинофильмом "Перекрестки" ("Crossroads", 1986), где юный белый блюзмен отправлялся на Юг, чтобы отыскать потерянную песню Джонсона.
Правда в том, что Джонсон умело вычленил из хаотической игры и неуверенного пения своих предшественников и современников ряд исполнительских приемов (как в вокале, так и в игре на гитаре), заучил эти приемы, отточил до совершенства и таким образом создал первый канон блюзового исполнительства, который за ним начали копировать и изучать блюзмены следующего поколения - Мадди Уотерс, Элмор Джеймс и т.п. Точно так же он собрал из старых блюзов характерные строчки и бродячие сюжеты, создав в своих песнях пусть неоригинальный, но эстетически завершенный свод блюзовой поэтики. Правда в том, что в 1936 и 37 годах он сделал в Сан-Антонио и Далласе канонические записи своих сочинений-компиляций, всего около трех десятков треков, которые и стали первым блюзовым Сводом Законов. Правда и в том, что ревнивый муж любовницы убил 27-летнего Роберта 16 августа 1938 г. в Гринвуде, Миссисипи. Так что когда парой лет позже на Юг приехал знаменитый фольклорист Алан Ломакс, чтобы найти и записать Джонсона, было уже поздно: миф завершился.
Переиздавать записи Джонсона в результате можно до бесконечности, что и происходит каждые пять лет. Columbia адресует новое переиздание (в прошлый раз оно, ровно с тем же набором песен - из всех существующих выбрано 24 - выходило в 1997-м) начинающим, тем, кто знакомится с Робертом Джонсоном впервые. Странно, но никакой информации ни о самом музыканте, ни хотя бы о датах записи в буклете не содержится. Ремастеринг тоже не поражает воображение (тем более что исходные записи имеют очень низкое качество). Хотя магия Роберта Джонсона говорит за себя сама, начинающему можно было бы рассказать о нем хоть что-нибудь.

Norah Jones - "Feels Like Home"
Blue Note, 2004
46:17
*****
Когда юная дебютантка Нора Джонс выпустила на исторически джазовом лейбле Blue Note дебютный альбом, ее было записали в джазовые певицы - тем более, что она одно время заигрывала и нью-йоркской независимой джазовой сценой, а в школьном возрасте получила студенческую премию журнала Down Beat как джазовая вокалистка. Однако и тот, первый альбом, "Come Away With Me", собравший беспрецедентный урожай "Грэмми" (восемь!) и разошедшийся невероятным тиражом в 18 млн. экземпляров, отношение к джазу имел разве что самое опосредованное: на нем играло несколько джазовых музыкантов, звучал один джазовый стандарт, и в аранжировках и игре ансамбля прослеживалось знакомство с джазом. Что до нового, второго альбома Норы, спродюсированного все тем же ветераном звукозаписи Арифом Мардином, то он ушел от джазового прошлого певицы уже очень далеко. Перед Норой стояла почти невыполнимая задача - не опустить планку. И она не опустила ее. Альбом явно лучше первого. Джаза в нем не больше, чем, скажем, в записях Тома Уэйтса 1970-х (кстати, здесь есть один "кавер" великого хрипуна - "The Long Way Home"). Искренняя и притягательная манера Норы Джонс только выигрывает от того, что продюсер принципиально не пользуется никакими тональными подтяжками и поправками, так что в ее голосе изредка проскальзывают разговорно-"косые" нотки. Аранжировки же вызывают в памяти одновременно Тома Уэйтса, The Band, Боба Дилана и Кассандру Уилсон. Тем более, что среди участников записи есть музыканты, работавшие с Уэйтсом (барабанщик Эндрю Борджер) и с Диланом (барабанщик Брайан Блэйд), а в "What Am I To Do" играют собственными персонами барабанщик и органист The Band Левон Хелм и Гарт Хадсон.
Не обошлось и без непременного Дюка Эллингтона (не будем забывать, что первой профессиональной записью Норы Джонс, ее демо-лентой, принесенной в 2002 г. на Blue Note, были как раз стандарты Эллингтона): певица сама написала текст к эллингтоновской "Melancholia", назвав ее "Don't Miss You At All" и трогательно спев под собственный аккомпанемент на рояле.
Собрав воедино и сплавив джазовый опыт, блюзовое чувство, традиции интеллектуального нью-йоркского авторства-исполнительства, первоклассную игру искушенных в современной акустической полистилистике музыкантов и - last but not least! - свой немалый талант, Нора Джонс с успехом преодолела "порог второго альбома", подкосивший не одного многообещающего дебютанта, с чем ее остается только поздравить.

Rodney Jones - "Soul Manifesto"
Blue Note, 2001
68:05
****
Приятно, когда музыкант может одинаково хорошо играть в разных стилях. Это редко бывает. Но гитаристу Родни Джонсу удается. Интересно, что в джазе он ценился главным образом как гитарист вполне мэйнстримовый, хотя в его карьере фанка - в том числе в группе самого Джеймса Брауна и (долгие годы) в группе соул-дивы Рут Браун - было больше, чем мэйнстрима. Однако первый его альбом для Blue Note в конце 90-х все поставил на свои места: на пороге своего 45-летия гитарист показал себя истинным мастером современного пост-бопа. И вот новый поворот: второй альбом на Blue Note демонстрирует очередной поворот - назад к фанку, предлагая слушателю мощный джазовый соул-грув. Джонс не стремится доминировать: несколько его изысканных, с огромным вкусом сделанных соло (кстати, зачастую вполне-таки мэйнстримовых) существуют на равных с победительными альт-саксофонами мастера соул Масео Паркера и авангардиста Артура Блайта (кстати, они впервые выступают в грамзаписи совместно), мощными барабанами Идриса Мухаммада - 61-летний мастер в очередной раз демонстрирует, что лучше многих балансирует на грани джаза и фанка - и, особенно, Хаммонд-органом д-ра Лонни Смита, одного из главных мастеров фанк-джазового (даже, точнее, фанк-блюзового) грува. Картину дополняет опытный басист Лонни Плэксико, играющий здесь исключительно на электроинструменте. 
Плотная, исключительно стильная запись (нью-йоркская студия Sound On Sound, где записывается множество фанк- и соул-проектов; звукорежиссер Питер Дарми, неоднократный лауреат "Грэмми"), по словам самого Джонса, была сделана за один день, практически без дублей и вообще без наложений: музыканты с самого начала "почуяли" друг друга, и сложившаяся в ансамбле, как говорят американские джазмены, "хорошая химия" отлично слышна, удачно компенсируя некоторое однообразие мелодического (но не ритмического!) материала.

Anna Maria Jopek - "Barefoot"
Universal Music Polska, 2001
67:39
*****
Не так давно образованное польское отделение Universal (ранее - Polygram Polska) сделало, судя по всему, нешуточную ставку на пианистку и певицу Анну-Марию Йопек: ее раскручивают как международную звезду. Следует сразу признать, что абсолютно заслуженно. Прекрасное образование (Manhattan School of Music и Варшавская Академия Музыки) и не чрезмерно богатый, но умело используемый, приятный и выразительный голос, в котором чувствуется отличное знание джазовых и эстрадных (в лучшем смысле этого слова) выразительных средств - это что касается самой певицы. Плюс интересный подбор материала: альбом построен на польских фольклорных и современных песнях, искушенно - чтобы не сказать изощренно -аранжированных в "североевропейской" манере, где в равной пропорции смешан фолк-рок, фолк-джаз, влияние подхода Кассандры Уилсон (не впрямую, но влияние это вполне ощутимо). Что немаловажно, весь альбом - на польском языке! Положим, в самой Польше джазовый альбом на родно языке уже не новость, но для нас - положительный и интересный пример... Плюс великолепные ансамбли с участием самых интересных польских солистов-джазменов (суперпианист Лешек Можджер, прославленный трубач Томаш Станько, еще один отличный пианист, играющий также на аккордеоне - Анджей Ягодзиньский, сын легендарного скрипача Михала Урбаняка - флейтист Яцек и др.). Плюс включение "модных", но органично используемых элементов (армянское пение в 15 треке и т.п.)... Все это в комплексе создает превосходный альбом, который так и хочется назвать лучшим восточноевропейским продуктом года - хоть и неджазовый в прямом смысле этого слова, но впитавший сильную джазовую струю, влияющую на все остальные стилевые составляющие. Во всяком случае, его творческое качество (материал, аранжировки, исполнение) и техническое совершенство (варшавские студии S4 и M1, Тадеуш Мечковски) вкупе с великолепной продюсерской работой (Марцин Кыдрыньски) вполне это позволяют. 

Kammerflimmer Kollektief - "Cicadidae"
Staubgold, 2003
42:42
***
Этот германский амбиент-коллектив начинался в Карлсруэ как сольный проект клавишника, гитариста и продюсера Томаса Вебера, но постепенно оброс массой других участников. Сейчас их шестеро, причем трое имеют джазовое прошлое - вибрафонист и барабанщик Кристофер Бруннер, саксофонист Дитрих Фот и контрабасист Йоханнес Фриш. Записанный в расположенной в Карлсруэ студии Kinda Cloudy, альбом представляет весьма добротный европейский амбиент не без импровизационных элементов, в основном выражающихся в довольно радикальных скрипах и воплях почти что фри-джазового саксофона. Первоначально эти завывания поверх благостного амбиентного мурлыканья кажутся чужеродными, но, чем глубже слушатель погружается в ленивую, дождливую (треть названий треков связана с дождем и водой) эстетику записи, тем более органичными, тоскливо-умиротворяющими они становятся. Впрочем, саксофон - не единственный здесь живой элемент: основная музыкальная идея этого альбома (как и многих других работ европейских экспериментаторов того же направления последнего времени) - именно взаимодействие электроники и живого звукоизвлечения, в первую очередь - акустического. Нельзя не признать, что взаимодействие это в работе немецких музыкантов действительно имеет место, более того - происходит вполне органично и даже оригинально. Правда, порекомендовать этот альбом тем, кто ищет ярких идей и происходящих в музыке каких-никаких событий, трудно: событий не происходит, а идеи излагаются крайне скупо и сдержанно. Но на альбоме есть свой маленький шедевр: коротенькая версия темы "Blood" звезды европейского джазового лейбла ECM Аннет Пикок.

NEW Die Klezmerschicksen - "Schpil-she mir a lidele in jiddisch"
Rupprecht Tonstudio Berlin, 2005
**

Die Klezmerschicksen означает буквально "Клезмер-шиксы", то есть нееврейки, играющие клезмер, исконную музыку восточневропейских евреев. Кларнетистка, пианистка и вокалистка Ангелика Хикель, скрипачка и вокалистка Бригитте Руддихкайт и Забине Шмидт (вокал, фортепиано, корнет и гитара) - именно что нееврейки, чтоб быть точным - вообще немки, но познакомились они в 1997 г. как раз на курсах клезмера для музыкантов других жанров. Они так влюбились в эту музыку, что много лет играли ее для собственного удовольствия, пока не так давно не решили записать альбом.
Альбом (название которого означает "Сыграй же мне песенку на идиш") представляет собой пестрое собрание традиционных клезмерских песенок и танцев (булгаров, нигунов, фрейлахсов и свадебных), исполненных берлинскими клезмершами со всем возможным прилежанием к точному воспроизведению канонов этой практически утраченной в трагические для создавшего ее народа 1930-40-е годы музыки, восстановленной по записям усилиями энтузиастов уже во второй половине прошлого столетия. Прилежание, к сожалению, перевешивает: ни легкости и праздничности танцевальных клезмеров, ни экстатичности и лиризма более медленных его форм в записи нет и в помине. Поневоле сравниваешь этот альбом с работами другого клезмерского коллектива из тех краев, где нет естественной среды для существования клезмера (в силу отсутствия в стране евреев) - японской группы Komatcha Klezmer. То, что у японцев получалось, может быть, наивно, но энергично и мастерски - здесь не получается вообще. Может быть, потому, что клезмер (как и любой фольклор) - это не только совокупность определенных приемов игры, это еще и эмоциональная сфера целого народа, а эмоций в этой записи немного - одно старание.
Кроме того, да простят меня немецкие энтузиастки клезмера - они, хотя играют более или менее профессионально, но очень слабо и невыразительно поют.

Diana Krall - "Live In Paris"
Verve, 2002
70:13
****

Самые популярные джазовые артисты в Америке (да и во всем мире) - вокалисты. Это - реальность. Ну и что с того, что в современном джазе почти не осталось действительно великих вокалистов? Так ведь и инструменталистов тоже: по меткому замечанию Джо Сигала, владельца старейшего джаз-клуба в Чикаго (который приглашал играть у себя еще Чарли Паркера), "хороших музыкантов сейчас много, а гигантов больше нет". Приходится любить тех, какие есть. 
Канадка Дайана Кролл в их ряду - не самый худший вариант, хотя, конечно, никакого сравнения с титанами классического джазового вокала она не выдерживает. И это при том, что она играет как раз на поле традиционного джазового вокала, в слегка салонной, слегка декадентской манере, прославленной кинофильмами 50-60-х гг. Слабости очевидны: тут у нее нота недотянута, здесь заявленный было пассаж не допет, а там - необходимость играть на фортепиано одновременно с пением (запись-то концертная) приводит то к потере нужного акцента на клавиатуре, то к упрощенному голосоведению вокальной партии. 
Но все это - мелочи. Народу нравится. Переполненная парижская "Олимпия", где великим звукоинженером Алом Шмиттом сделана эта запись, то и дело взрывается шумными, но по-буржуазному аккуратными аплодисментами. В веб-форумах на посвященных Кролл сайтах тысячи людей захлебываются восторгом по поводу каждого издаваемого ей звука. Поп-звезда, да и только. Кстати, предшествующий "Live In Paris" студийный альбом был продан в четырех миллионах копий - вполне попсовый тираж. Так что вполне приспело время для концертника (тем более, первого в карьере, которая, заметим, началась не так уж давно - в 1993 г.).
Ал Шмитт, тем более - при продюсерстве одного из лидеров Verve Music Group, прежде возглавлявшего вошедший в 1999 г. в состав этого конгломерата лейбл GRP Томми ЛиПумы, свое дело сделал: альбом звучит чрезвычайно плотно и насыщенно, с яркими сольными партиями (гитарист Энтони Уилсон), прозрачным и ясным оркестром (Orchestra Symphonies Europeen, дирижер Алан Броудбент), весомой ритм-секцией (басист Джон Клэйтон и барабанщик Джефф Хэмилтон), и даже несложное, но довольно уверенное перебирание клавиш рояля самой Дайаной и ее же негибкий, небогатый, но с несомненной "изюминкой" в подаче низкий голос звучат убедительно и привлекательно. Безошибочный набор узнаваемых стандартов (от "Fly Me To The Moon" до "I've Got You Under My Skin"), модных ныне джазовых обработок неджазового репертуара (например, "A Case Of You" Джони Митчелл) и пара недурных авторских песенок бьют прямо в цель. Хороший поп-альбом. В джазе они встречаются еще реже, чем собственно в поп-музыке.
купить

Diana Krall - "The Girl In Other Room"
Verve, 2003
55:38
*****
Потребовались 11 лет в грамзаписи, миллионы проданных копий альбомов, где канадская певица более или менее талантливо представляла усредненный образ "настоящей джазовой дивы", журнальные обложки с длинными оголенными ногами и бесчисленные гладкие, общедоступные версии джазовых стандартов, чтобы, едва выйдя замуж (впервые в жизни) за британского рокера "новой волны" и одного из самых оригинальных сатириков рок-музыки Элвиса Костелло, Дайана Кролл на 40-м году жизни выпустила наконец альбом, в котором запела собственным голосом!
Помнится, обсуждая новость о ее помолвке, я год назад написал, что ехидные песенки мужа она запоет вряд ли, а вот окончательно превратить в джазового певца Костелло, уже отметившегося сотрудничеством с нью-йоркскими забавниками из Jazz Passengers, вполне может. Получилось не вполне то, и уж совсем точно не другое: под влиянием мужа Кролл сбросила (пока не очень ясно, насколько надолго) маску длинноногой "пэвицы-вамп", без которой абсолютное большинство ее поклонников ее просто не представляет (и за которую ее, в общем-то, и ценит), и, не боясь ничего, запела собственные песни (музыка в основном ее; слова либо ее, либо мужа, либо написаны ими в соавторстве), плюс одна песня Костелло ("Almost Blue"), один блюз Моуза Аллисона (с характерным зачином - открывающим альбом! - "Остановите этот мир, я здесь выйду!"), еще пара блюзов (причем один в обработке Бонни Райтт!), песенка Джони Митчелл и..."Temptation" самого Тома Уэйтса! Честное слово, у рецензента не хватает восклицательных знаков, чтобы обозначить степень радикальности перемены, произошедшей с бывшей мега-дивой поп-джаза. При этом самого Костелло на альбоме нет - ни единой ноты, зато есть как привычные соратники Кролл (гитарист Энтони Уилсон, басист Джон Клэйтон и барабанщик Джефф Хэмилтон), так и блистательные звезды, которые вносят новые тембровые и содержательные краски в обычно бедноватый аранжировочный мир Кролл - басист Крисчен Макбрайд (с фантастической каденцией дуэтом с Кролл в финале "Almost Blue") и сразу два супербарабанщика - ветеран Питер Эрксин и героиня следующего поколения Терри Линн Кэррингтон.
Откуда что взялось? Из голоса Кролл почти исчезло обычное равнодушие и деланная ленца, зато появились живые и временами даже эмоциональные интонации; ее игра на рояле почти утратила привычную необязательность и даже (временами, правда) обрела некоторый драйв. Ну, а мастерство великого звукоинженера Ала Шмитта плюс продюсерство Томми ЛиПумы, рядом с которым в строке "Produced by…" стоит и имя самой Дайаны, позволили отшлифовать новые и, честно говоря, после стольких лет поп-джаза совершенно неожиданные грани Кролл в весьма привлекательную, плотную и одновременно прозрачную звуковую картину. Побольше бы таких сюрпризов в этой жизни.
купить

NEW Jeff Lang - "Prepare Me Well. An Introduction to Jeff Lang"
Telarc, 2006
58:52
*****

Трудно сказать, насколько это блюз - скорее, это некий блюз-фолк-фьюжн, что и неудивительно: трудно представить себе более далекий от афроамериканских блюзовых корней тип музыканта, чем молодой белый австралийский гитарист и вокалист Джефф Лэнг. Неширокое блюзовое сообщество Австралии давно увенчало его всеми возможными лаврами; теперь, видимо, настала пора для попытки прорыва на американский рынок, для чего и сделана эта компиляция - 15 треков с пяти австралийских альбомов Лэнга. Знатоки, правда, задаются вопросом - а как насчет треков с еще пяти альбомов, например - с лучшего блюзового альбома Австралии 1996 г., "Native Creek Dog"? Но даже в нынешнем виде это - весьма впечатляющий сборник.
Лэнг, прежде всего, действительно великолепный гитарист. Его владение блюзовой акустической гитарой, включая ее слайд-разновидность (на которой значительная часть звукоизвлечения осуществляется при помощи надетой на мизинец левой руки стальной трубки), и стил-гитарой, на которой играют исключительно стальным слайдом, положив инструмент на колени - неоспоримо. Музыкант умеет играть и быстро, и выразительно, что в блюзе последних двух десятилетий не так чтобы очень часто встречалось. При этом он хорошо осведомлен в некоторых внеевропейских музыкальных системах - в частности, в его сольных каденциях то и дело слышатся элементы индийской музыки.
Голос Джеффа своеобразен: назвать его блюзовым сложно. Это чисто фолковый, высокий, гибкий и гладкий голос, напоминающий о Поле Саймоне.
Но главное - это песенный материал. Блюз и фолк здесь смешаны довольно равномерно, причем фолк этот - не американский, а австралийский, с гораздо более ощутимым, чем в Западном полушарии, влиянием британского (и англосаксонского, и кельтского) фольклора. Если бы в Австралии была кантри-музыка в ее американском понимании, Лэнг был бы ее самым интеллектуальным автором и, пожалуй, самым изощренным исполнителем (из тех "модернистов", кого в Америке на пушечный выстрел не подпустят к залу "Грэнд Ол Опри"). А так, конечно, он - австралийский блюзмен (раз уж в Австралии именно это называется блюзом).

Jonny Lang & The Big Bang - "Smokin'"
Eagle Records, 2002
44:40
***
Еще один эпигон Стиви Рэя! - воскликнет слушатель после первых двух-трех треков (а особенно после четвертого), и будет не совсем прав. То есть да, Джонни Лэнг, конечно, подражает Стиви Рэю Воэну, равно как и брату его Джимми. Точнее, подражать (в части игры на гитаре) он пытается именно Стиви Рэю, но получается как у Джимми - потому что достичь ясности и четкости звукоизвлечения покойного Стиви Рэя при такой же, как у него, скорости практически невозможно, а вот игра ныне здравствующего Джимми куда легче поддается копированию.
Неправота слушателя обнаруживается при первых нотах пения: что за притча? Голосок-то детский!
Все правильно. Джонни Лэнг - один из нескольких новых гитарных героев белого американского блюза, ворвавшихся в музыку задолго до своего совершеннолетия. Это - переиздание его дебютного (1995) альбома, который был записан тогда, когда мальчику из Фарго (Северная Дакота) было всего четырнадцать лет.
Проблема альбома в том, что продюсер-звукорежиссер (Майк Буллок) именно что пожелал воспроизвести прозрачное и одновременно ураганное звучание белого техасского гитарного блюза а-ля братья Воэны. Но и Ланг (в те годы прозвище у него было "Kid") не техасец, и ураганность звучания достигается не только несомненным прирожденным талантом, но и - в первую очередь - многолетним опытом, в том числе - и даже в первую очередь - внемузыкальным (которого в 14 лет, по понятным причинам, не может быть). А главное - The Big Bang, группа Джонни Ланга (хотя и неплохо играет) - это вовсе не Fabulous Thunderbirds Джимми Воэна, и тем более не Double Trouble Стиви Рэя.
Поэтому общее ощущение - отлично выученный и выразительно отвеченный билет на вступительном экзамене. Впереди еще долгий курс обучения, диплом и аспирантура.

Thierry Lang - "Reflections" Vol. 1 & 2
EMI Switzerland, 2003-2004
2 CD
***
Два из трех томов "Отражений" швейцарского джазового композитора и пианиста Тьерри Ланга представляют, соответственно, его записи с трио (Хайри Кэнциг - контрабас, Петер Шмидлин - барабаны) и с квинтетом (те же плюс саксофонист Анди Шеррер и трубач Паоло Фрезу). За рамками этого обзора, таким образом, остается только третья часть, где трио играет со специальными гостями - французским скрипачом Дидье Локвудом, его соотечественником - мастером хроматической губной гармоники Оливье Кер Урио и др. Однако, несмотря на разнообразие составов, тембров и даже стилистик, задействованных в этой работе (хотя все эти стилистики безусловно объединяет некая метаобщность под названием "европейский камерный джаз"), все эти записи были сделаны в течение всего трех сессий в студии радиостанции Radio Suisse Romande в 2003 г. и охватывают весь спектр авторских сочинений Ланга (на всех трех альбомах нет ни единого стандарта).
Ланг - пожалуй, один из самых показательных артистов современной европейской импровизационной музыки. Его музыка вполне взаимопроникает с нынешним американским джазом, но, боюсь, не многие американские джазмены признали бы это взаимопроникновение. Это слишком европейская музыка, слишком европейский свинг. То есть свинг здесь есть, но он по своей ритмической природе совершенно не таков, как в американской и - особенно - в афроамериканской музыке, ибо идет не от африканской полиритмии, а от европейской полифонии, в данном случае - не столько и не сколько многоголосной, но, скорее всего, позволяющей слушателю следить за развитием нескольких музыкальных пластов параллельно, в довольно нестрогой временнОй взаимосвязи.
Пожалуй, из всех американских коллег с наибольшим интересом за творческими поисками Тьерри Ланга следил бы бэндлидер Тэд Джонс, хотя они и разминулись во времени - Джонса уже давно нет в живых. Но именно в игре его оркестра 1970-х можно услышать намеки на те же полиритмические идеи, которые сейчас развивает Ланг.

Jah Wobble - Bill Laswell: Radioaxiom - "A Dub Transmission"
Palm Pictures, 2001
51:58
***
Оба главных действующих лица этого альбома - электробасисты, и биографии обоих - своего рода энциклопедии независимой и экспериментальной музыки конца XX века. Только британец Джа Уоббл, начав в пост-панк-движении первой половины 80-х как бас-гитарист Public Image Limited бывшего вокалиста Sex Pistols Джонни Роттена, эволюционировал в сторону европейского рок-авангарда (и, как видный представитель такового, сотрудничал с такими поп-звездами, как Шинейд О'Коннор и Эдж из U2), а американец Билл Ласвелл прославился в одном из главных составов нью-йоркского панк-джазового движения - Material, после чего он начал (в качестве не только басиста, но и продюсера) работать с Дэвидом Берном из Talking Heads, безумным гитаристом Фредом Фритом и отцом формировавшегося тогда движения Downtown-авангарда саксофонистом Джоном Зорном. Впрочем, прославил Ласвелла написанный и спродюсированный им мегахит клавишника Хэрби Хэнкока "Rockit" (1983), после чего его можно было обнаружить записывающимся с Миком Джаггером, Питером Гэбриэлом, Йоко Оно и т.п. Впрочем, работа в полуподпольных авангардных проектах всегда занимала у него больше времени.
Невзирая на название альбома, совместная продукция двух ветеранов авангарда имеет мало отношения к собственно dub - электронной версии регги. Больше того, исходя из послужного списка обоих солистов и главных направлений продюсерских устремлений обоих, можно было ожидать гораздо более агрессивной и настырной музыки. Но нет, на альбоме все красиво, временами даже мягко, все очень хорошо продумано, есть масса интересных и приятных аранжировочных решений, а продюсерская работа полна роскошных звуковых находок, особенно в области панорамирования (только фирменная ласвелловская длинная искаженная реверберация на некоторых партиях указывает на радикальные вкусы человека за пультом). Это разумный баланс между эмоциональным настроем даба и исполнительскими решениями "даунтауна". Проблема только в том, что для знатоков даба это - слишком джаз, и наоборот.

NEW Kevyn Lettau - "Bye Bye Blackbird"
Manchester Craftsmen's Guild, 2005
44:40
***

Кевин Леттау - родом из Германии, но с 14 лет живет в США. Ее вокальная карьера началась, когда известный бразильский джазмен Серджио Мендес "открыл" ее в одном из клубов Сан-Диего, после чего певица гастролировала и записывалась с ним восемь лет. Выпустила она и пару сольных альбомов в бразильском стиле, но основную известность снискала, несколько лет появляясь в рекламе одного безалкогольного напитка. Только в 1992-м контракт с лейблом JVC открыл вокал Кевин для действительно широкой аудитории. Удачно балансируя между smooth jazz и бразильской музыкой, певица выпустила четыре альбома на JVC и уже в 2000-е - два на Universal.
Ее новая запись знаменует обращение к джазовой традиции: альбом даже назван по одному из самых "запетых" джазовых стандартов - его обычно поют на вокальных конкурсах юные певицы младшей группы. Удивительно, что Леттау, всецело оставаясь в рамках поп-джазового шаблона, находит для этого стандарта вполне убедительные эмоциональные краски - как и для таких классических номеров, как "I've Got You Under My Skin" или "Sophisticated Lady". Ей немало помогает плотная игра отличной бразил-поп-джазовой сборной, в которой выделяются клавишник Рассел Ферранте, гитарист Дори Каимми и перкуссионист Паулинью Да Коста. Каимми, представитель одной из самых известных музыкальных династий Бразилии, аранжировал весь материал и выступил в роли музыкального руководителя записи, спродюсировал которую муж певицы, барабанщик Майк Шапиро (преподаватель калифорнийский LA Music Academy), сыгравший здесь и все партии ударных. Запись и сведение были выполнены в Северном Голливуде известным звукоинженером Биллом Шнее на его личной студии.

Los Angeles Guitar Quartet - "LACQ's Guitar Heroes"
Telarc, 2004
61:17
***
В последние 20 лет в музыкальной критике - да уже и в музыкальной теории - прочно утвердился термин crossover, "скрещение". Никакого стилистического наполнения оно не имеет: это может быть скрещение рока и фламенко, джаза и фольклора, электроники и авангарда. В данном случае мы имеем дело со "скрещением" классического или, как принято у нас говорить, академического Лос-Анджелесского гитарного квартета с музыкальными корнями каждого из его участников, каковые корни, как выясняется, лежат далеко в стороне от проставившей LAGQ гитарной классики. Билл Кэйненджизер в юности мечтал стать лидер-гитаристом рок-группы Yes, Джон Дирман научился играть на гитаре путем подбора на слух партий кантри-гитариста Чета Аткинса, Эндрю Йорк до увлечения академической гитарой играл бибоп, фьюжн, поп-пузыку, фанк и даже грандж, а Скотт Теннант серьезно изучал фламенко. И вот, после четверти века успешной академической карьеры, участники LAGQ создают запись, в которой пытаются почтить тех гитаристов из самых разных направлений музыки XX века, что оказали на них влияние. Частично запись состоит из сделанных квартетом аранжировок оригинальных произведений ("Icarus" Ральфа Таунера из фьюжн-группы Oregon, "Letter From Home" суперпопулярного джаз-рок-гитариста Пата Мэтини, "Blue Echo/Country Gentleman" кантри-патриарха Чета Аткинса и др.), частично - из посвященных тому или иному гитаристу сочинений, заказанных участниками квартета сторонним композиторам ("Pluck, Strumm and Hammer" - созданное Брайаном Джохансоном посвящение Джими Хендриксу - или написанная Мэтью Данном пьеса "Gypsy Flower", посвященная первой европейской джазовой звезде, цыганскому гитаристу-левше Джанго Райнхардту).
Запись, сподюсированная Робертом Вудсом и осуществленная звукорежиссером Робертом Фридрихом в студии А комплекса O'Henry Sound в Лос-Анджелесе, была (как и большинство записей аудиофильского по своей сути и идеологии лейбла Telarc) сделана на цифровую систему Direct Stream Digital (DSD), осуществляющую сэмплирование на частоте 2,8224 мГц. Несмотря на техническую продвинутость технологии записи, сама работа чрезвычайно консервативна: участники квартета аккуратно рассажены по стереопанораме (Йорк слева, Кэйненджизер справа, Дирман и Теннант в середине), звучание сугубо акустическое, никаких слышимых искусственных звуковых пространств, реверберация крайне скромная, и только ряд дополнительных инструментов слегка разнообразит звуковую картинку (да и то не во всех пьесах). Впрочем, для академического гитарного квартета, пусть даже и обращающегося к неакадемическим жанрам, такой здоровый консерватизм вполне естественен и более чем оправдан. Непонятно только, будут ли в восторге от столь радикального ухода в "современку" любители LAGQ как такового и заинтересует ли консервативная сдержанность квартета любителей тех жанров, к которым они в этой работе обращаются.

NEW Jacques Loussier Trio - "Mozart Piano Concertos 20/23"
Telarc, 2005 59:21
****

Французский пианист Жак Лусье прославился еще в начале 60-х, придумав исполнять музыку И.С.Баха со свингом. "Фирменный" почерк Лусье - это аккуратное изложение средствами традиционного джазового фортепианного трио баховского текста в качестве темы, затем четкая "склейка", переход ритм-секции в свинговую ритмику и несколько квадратов приятного свингового обыгрывания баховских мотивов в более или менее тонком балансе между блюзовым ладом свингующего фортепиано и оригинальным ладогармоническим материалом Баха. Когда в 90-е Лусье вернулся к "джаззингу" (изложению произведений классической музыки джазовыми средствами), почерк этот изменился мало - разве что к Баху добавились Гендель, Сати, Равель, Шопен и т.д. Теперь вот дошла очередь и до Моцарта. Принципиальных изменений немного. По-прежнему сначала излагается оригинальный текст, затем происходит изменение ритмики, возникает отчетливый (у нынешнего барабанщика трио Лусье, Андре Арпино - даже несколько назойливый) свинг, и идет импровизационный эпизод. Правда, состав ансамбля расширен - к джазовому трио добавлен струнный оркестр из 12 музыкантов. Все аранжировки для оркестра (выразившиеся в основном в удалении из оригинальных партитур духовых партий) сделал сам Лусье. Главное отличие от "баховской" серии Лусье - в том, что римическая природа музыки Моцарта иная, она по-иному поддается освинговыванию (хотя и поддается в принципе, в отличие, скажем, от музыки Генделя или Шопена, также попадавшей на зуб этого пианиста), чем музыка Баха. Впрочем, целевая аудитория этой записи - по-прежнему академическая публика, джаза толком не знающая, но относящаяся к нему с уважением. Постоянство, в общем - признак мастерства. Уж в чем-чем, а в мастерстве 71-летнему мастеру не откажешь.

Jacques Loussier Trio - "Satie: Gymnopedies. Gnossiennes" 
Telarc Jazz, 1998
Французский пианист Жак Лусье известен как один из крупнейших современных специалистов по "джаззингу", то есть исполнению джаза на материале тем академической музыки (или, как это определялось раньше, "исполнению классики в джазовом стиле"). После Баха и Вивальди Лусье взялся за Эрика Сати. Результат: темы Сати действительно узнаваемы и, как чаще всего бывает при "джаззинге", вызывают реакцию типа "во дает: джаз, а похоже!". Тем не менее самое интересное - когда трио Лусье начинает импровизировать: от Сати остаются рожки да ножки, уступая место крепчайшему, стильному и роскошно сыгранному кул-джазу. Поскольку это аудиофильный Telarc, да еще и студийный, звук, как обычно, на высочайшем уровне - причем это тот случай, когда аудиофильность не забивает музыкальности. Запись была сделана во французской студии Miraval. Особенно впечатляет до дрожи выпуклый звук контрабаса Бенуа Дюнуайе де Сегонзака.

Jacques Loussier Trio - "Handel: Water Music & Fireworks"
Telarc Jazz, 2002
54:22
***
Вот уже больше сорока лет мсье Жак Лусье, французский пианист, несгибаемо идет по нелегкой тропе "джаззинга" - исполнения классической европейской музыки в джазовом изложении. Начинал он с Баха, и до сих пор его концертная программа и многочисленные альбомы с баховскими интерпретациями пользуются наибольшим успехом - не в последнюю очередь потому, что скрестить Баха и свинг по самой природе музыкального материала не так уж и сложно. Вообще говоря, джаззинг классики был общим местом в творческих поисках самых разных музыкантов вплоть до 60-х гг.: в частности, отдал ему дань (в лице того же И.-С.Баха) даже Джон Льюис из Modern Jazz Quartet. Но только Лусье удалось сделать из этого нехитрого приема свою торговую марку, которой он с тех пор весьма успешно зарабатывает.
Впрочем, в его репертуаре - отнюдь не только Бах. В последние годы он много (но с переменным успехом) обращается к музыке и других композиторов - от Скарлатти до Сати.
Теперь настал черед Георга Фридриха Генделя. Нетрудно понять, почему - как и его ровесник Бах, в инструментальном творчестве Гендель - крупнейший полифонист, что должно импонировать пианисту. Труднее понять, почему изложение генделевских "прикладных" концертов, предназначенных для исполнения на открытом воздухе - "Музыка на воде" (1716) и "Музыка к фейерверку" (1749), оказалось столь поверхностным. Увы, но престарелому маэстро (ему скоро 70), как и его нынешнему трио - контрабасисту Бенуа Дюнуайе де Зегонзаку и барабанщику Андре Арпино - не удалось создать столь же органичную ткань, как для музыки Баха: свинговые эпизоды не вырастают логически из изложения классического текста, а кажутся искусственно склеенными с ним и только изредка начинают смутно напоминать тот материал, на основании которого, якобы, импровизируются. Тем более достойно сожаления сомнительное мастерство барабанщика, ритмической неизобретательности и неуверенности которого Лусье обязан определенной динамической шаткостью и недостроенностью всей конструкции, так и трещащей по отчетливо видимым швам. И все это - невзирая на блестящую звукорежиссерскую работу (Studio du Palais, Дворец Конгрессов, Париж - ни имя инженера, ни технические детали записи впервые у Telarc на моей памяти не указаны).

NEW Joe Lovano - "Streams of Expression"
Blue Note, 2006
74:01
*****

В списке участников этой записи мелькают все те же фамилии, что и в "Нонетах" саксофониста Джо Ловано, запись одного из которых ("52nd Street Themes", 2000) получила "Грэмми" - однако на обложке обтекаемо написано "Ансамбль Джо Ловано", потому что состав коллектива в разных треках колеблется от трио до почти полноценного биг-бэнда в 12 человек. Разношерстная по составам, фактурам и тембровым решениям, запись тем не менее отличается большой внутренней цельностью - потому что посвящена одной теме, музыке выдающегося джазового композитора Гюнтера Шуллера, в 50-60-е стоявшего у истоков так называемого "третьего течения" - сплава джаза и академической музыки. В чистом своем виде "третье течение" кончилось ничем, однако легло в основу множества менее прямолинейных художественных решений.
В центре альбома - мощная семичастная сюита "Birth of the Cool" по одноименному эпохальному альбому Майлса Дэйвиса (1954), аранжированная самим Гюнтером Шуллером. 75-летний Шуллер и дирижировал оркестром из 12 музыкантов при записи сюиты в легендарной студии Avatar в декабре 2005 г.
Хотя в ансамблях, принимавших участие в записи, звучат саксофоны больших мастеров - баритониста Гэри Смульяна, альтиста Стива Слэйгла и др. - доминирует, что вполне естественно, тенор-саксофон самого Джо Ловано, одного из самых уважаемых мэтров саксофонного дела в современном пост-бопе. Его узнаваемая фразировка, характерный округлый звук тенора и хитроумные, хотя и не чрезмерно яркие соло цементируют игру всего ансамбля, одухотворенного творческой энергией своего лидера. А в ансамбле есть очень яркие имена: в частности, это оказалась одна из последних работ в грамзаписи выдающегося пианиста Джона Хикса, ушедшего из жизни вскоре после этой записи.
Особенный интерес представляет финальный трек, в котором Ловано представляет возможности нового инструмента - двухкорпусного сопрано-саксофона Aulochrome, делающего возможным уникальную для духового семейства двухголосную игру.

Joe Lovano Nonet - "On This Day... At The Vanguard"
Blue Note, 2003
69:34
****

Один из главных столпов Большой Боповой Традиции в поколении 50-летних саксофонистов, Джо Ловано известен работами в самых различных вариантах состава джазового ансамбля - каковые варианты, тем не менее, в большинстве случаев вращаются вокруг идеи акустического мэйстримового комбо. Даже когда комбо вырастает почти до размеров биг-бэнда, как в данном случае. Нонеты под руководством Ловано - не новость: еще в 2000 г. альбом, записанный почти таким же составом нонета - "52nd Street Themes" - получил "Грэмми" как лучшая запись большого джазового состава. И вот - еще одна запись этого большого ансамбля (или маленького биг-бэнда).
Четыре саксофона - два тенора (Ловано и - по очереди - Ральф Лалама и Джордж Гарзоне), альт (Стив Слэджл, написавший часть аранжировок для этого состава) и баритон (Скотт Робинсон), труба (Барри Рис), тромбон (Лэрри Фаррелл) и ритм-секция (пианист Джон Хикс, басист Деннис Ирвин и один из лучших афроамериканских барабанщиков своего поколения - 45-летний Луис Нэш) образуют не просто подобие биг-бэнда, а самый настоящий оркестр, звучание которого достаточно плотно для создания упругой, насыщенной звуковой ткани, и в то же время не перегружено унисонами и аккордовыми "пачками", что, увы, сплошь и рядом случается в современных биг-бэндах более широкого состава. Музыкальный материал альбома включает как специально написанные для этого состава (и, более того, для легшей в основу альбома концертной серии в легендарном клубе Village Vanguard) оригиналы Ловано, так и интересные обработки не самых шаблонных стандартов, среди которых выделяется энергичная версия "After The Rain" Джона Колтрейна. Несколько особняком стоит 15-минутная медитация "On This Day (Just Like Any Other)", которую Джо Ловано посвятил памяти легендарного барабанщика Билли Хиггинса: здесь можно отчетливо слышать, что Ловано вообще-то не всегда играет пусть и довольно креативный, но всецело традиционный необоп - ему и фри-джазовая свобода изложения совсем не чужда; а главное, с такой же свободой на вольные изыскания лидера откликается и весь ансамбль, переходя к весьма впечатляющей аранжировке, продолжающей на протяжении всей пьесы включать экспрессивные сольные эпизоды разных участников ансамбля.
Запись обладает тем неповторимым концертным звуком, за который музыканты так любят тесный, неправильной формы подвальчик Village Vanguard - выпуклым, насыщенным тонко и подробно прорисованными деталями. Мало есть в мире помещений, где настолько удачно получаются концертные записи акустических джазовых составов. Одно жаль: будучи интересным, насыщенным идеями образчиком современного мэйнстримового музыкантского мастерства высокого, если не высочайшего уровня, альбом этот вряд ли может быть рекомендован не очень искушенному слушателю, не имеющему отчетливого представления о том, что в ремесле акустического пост-бопа хорошо, а что - нет.

Оглавление рецензий
Главная страница

главная страница

Уважаемые господа!
Напоминаю, что исключительные авторские и смежные права на размещенные здесь тексты принадлежат их автору - Кириллу Мошкову. Любое воспроизведение этих текстов где бы то ни было (интернет, печать, радиовещание и т.п.) возможно только и исключительно с письменного разрешения автора.